Аннотация: Решил попробовать написать "классическую" альтернативку. Человек из "Мира Долгой зимы" нашего времени попадает в 1890 год в прошлое нашего мира...
Глава 1.
- Значит, все-таки решил? - задумчиво глядя куда-то вдаль, спросила Юлька. - Все-таки уедешь в Америку... Но зачем? Неужели у нас тут плохо?
- Ну да, неплохо, - согласился я. - Только... Не одним же уголовникам новые земли осваивать ехать? Так, глядишь, там скоро и людей нормальных не останется.
- Ну кого-нибудь все равно отправили бы, - усмехнулась Юлька. - От разнарядки-то не денешься никуда... Но ты-то с отличием закончил, мог бы любой наш завод или НИИ выбрать.
- Мог бы. Но захотел вот так... Ты мне лучше вот что скажи. Ты со мной?
- Куда ж я от тебя денусь? - вздохнула Юлька. - Хоть и не по душе мне эта идея, но через год, как закончу, приеду.
- Значит, буду тебя ждать...
Что меня дернуло бросить все и поехать в неведомую даль, куда по доброй воле мало кто согласится ехать? Ну, с одной стороны, и впрямь - не одним же уголовничкам новые земли осваивать? Неправильно это - когда большую часть населения республики составляет всякая шваль. А с другой стороны - хотелось чего-то нового что ли? Пожить в обществе энтузиастов, готовых свернуть горы во имя светлого будущего Страны Советов, а не тех, для кого главная мечта жизни - купить новую машину, желательно 'немца', купить вместо выданной государством 'двушки' 'трешку' в кооперативе да съездить на курорт в Иранскую ССР? Или смыться подальше от высокопримативных дур из комсомола, что пытаются продвинуть идею о том, что парень, не женившийся к двадцати годам, чуть ли не враг народа, стремящийся подорвать демографию страны? И ведь, что самое интересное, сами такие чаще всего не больно-то стремятся улучшать эту самую демографию... Несмотря на все льготы, на внеочередную выдачу квартир при рождении детей и даже на то, что рождение каждого ребенка снижает на пять лет возраст выхода на пенсию. Нет! Таким подавай всего побольше и сразу - но так, чтобы самим ничего для этого не надо было делать. Двое-трое-четверо детей? Да вы что! Это ж 'эксплуатация женщин', как заявляют некоторые такие! Собственно говоря, они бы и вовсе ни одного не рожали... Если б не пытались таким образом покрепче к себе мужика привязать. И хоть, конечно, в комсомоле таких было все же меньшинство, но... Больно уж 'крикливое' это меньшинство! Так что смыться на другой конец страны, лишь бы не 'любоваться' на них, - не такая уж и большая цена.
- Ну не будем прощаться, - задумчиво взглянув на меня, произнесла Юлька. - Надеюсь, у вас там хотя бы Сеть будет? Чтобы хоть через персоналку общаться...
- Вроде, должно... - ответил я. - Город как-никак.
- Значит, живем! - усмехнулась девушка. - По видео, конечно, не особо пообщаешься... Но хотя бы писать друг другу сможем.
Ну вот и пришла пора расставаться... Уже вечером поезд унесет меня в Москву, а уж оттуда сначала самолетом до Хабаровска, а уже там пересадка на рейс на другой континент. В город Солеозерск, столицу Североамериканской ССР.
Добравшись домой, я принялся за последний осмотр собранного багажа. Одежда, обувь, кое-какие личные вещи, аптечка с запасами лекарств, которые могут оказаться наиболее востребованными. Это хорошо! Деньги - зная проблемы с неразвитостью Сети в СаССР, все свои весьма скудные, а откуда у вчерашнего студента возьмется много денег, запасы я заранее обналичил, для чего пришлось сходить до ближайшей сберкассы. К некоторому удивлению, если еще пять лет назад пункты выдачи денег были в каждом крупном магазине, то теперь большинство из них оказалось 'законсервировано'. Проверить оружие - без него в СаССР лучше даже не соваться. Уж больно неспокойные места... Особенно для тех, у кого нет оружия - ведь именно 'короткоствол' является главным внешним отличием 'советских' от каких-нибудь 'вольных поселенцев' из аборигенов... А потому оружие все носят открыто, не просто ни от кого не скрывая, а скорее даже напоказ. Причем, не только мужчины, но и женщины. К счастью, я комсомолец, а потому и обращаться с пистолетом, и стрелять умею прекрасно - как-никак этому еще со школы учат, да и каждый год на двухнедельные сборы ездим. А ведь, в дополнение к этому, есть и дежурства по праздникам в ДНД, два раза в год, и то, что по закону каждый из нас должен быть готов защищать других советских граждан от бандитов... Правда, откровенно говоря, немного их, бандитов этих, в последние десятилетия стали. Чай не Долгая зима ведь на дворе!
Так что, почистив и зарядив свой 'Макаров М2', я засунул пистолет в кобуру и убрал на полку несгораемого шкафа. По закону полагалось хранить оружие в металлическом ящике под замком - в недоступном для посторонних, особенно для детей, месте. А то ведь за полувековую практику всякие случаи бывали... В том числе, весьма неприятные.
Когда родители приехали с работы, все сборы были уже закончены. Оставалось лишь поужинать, попрощаться и отправляться... Ну ужин ели одуряюще пахнущую жареную со свининой картошку, что всегда была одним из любимых моих блюд. И вот уж мы всей семьей - я, мамка с батей и младшая сестра едем на машине к железнодорожному вокзалу, где и предстоит сесть на московский поезд... Сестра что-то рассказывает о своих школьных делах, мамка сокрушается на счет того, 'ну зачем тебе эта Америка понадобилась', ну а батя... Он, когда ведет машину, ни на какие разговоры не отвлекается. Так оно всегда было, так оставалось и сейчас...
К моменту нашего прибытия поезд уже стоял на первом пути, около вокзала... Уже объявили посадку - и теперь люди шли занимать свои места. Не стал и я отставать... Так что, распрощавшись с семьей, пошел к проводнику.
Проводником в нашем вагоне оказалась с виду совсем еще молоденькая русоволосая девушка в железнодорожной форме, которая сейчас стояла у входа в вагон. В руках - переносной сканер, специальная ЭВМ со считывателем идентификаторов. Ведь большая часть пассажиров давно ездила по электронным билетам...
- У вас, товарищ, тоже электронка? - когда дошла моя очередь, тихо спросила девушка. - Тогда проведите картой...
Ну да, провести магнитной лентой идентификатора по считывающему устройству - и на экране сканера сразу появятся и паспортные данные, подтверждающие, что я это действительно я, и информация о купленном билете. Номер рейса, дата, место, оплаченные дополнительные услуги, при наличии таковых, и все прочее...
- Все нормально, проходите, - улыбнулась проводница, и тотчас потеряла ко мне всякий интерес, переключившись на следующего пассажира.
Моими соседями оказалась семейная пара из мужичка неопределенного возраста, которому с равным успехом можно было бы дать хоть сорок, хоть шестьдесят лет, старенькая, лет под семьдесят, бабка и девушка примерно моего возраста. Последняя, судя по внешности, то ли из Иранской ССР, то ли еще откуда-то с тех мест. Впрочем, на тот момент меня это не интересовало... Положив свои вещи на полку, я выглянул в окно, где все еще стояли родители с сестрой и помахал им рукой на прощанье...
Поезд тронулся через пять минут - и вот уж мимо окон поплыли знакомые с самого детства городские пейзажи... Который, наверное, я не увижу еще с год, а то и все два. Как ни крути, из Северной Америки в Поволжье не больно-то наездишься. И пока ничего поделать с этим было нельзя. Телепортацию советская наука пока еще не изобрела...
От нечего делать я достал из сумки портативную ЭВМ и, поставив ее на стол, погрузился в чтение книжки... Который на этот раз оказалась фантастика про 'попаданцев' в прошлое. Не самая любимая мной тематика - как ни крути, но при тщательном анализе становится понятно одно. Этак в 99% случаев ни черта у этих 'попаданцев' бы не вышло! Просто потому, что роль одного человека в истории не так уж и велика... Допустим, ты хочешь 'отменить' Долгую зиму, создаешь заранее теорию вулканической зимы, просчитываешь все ожидаемые последствия, доказываешь, что все будет именно так... И что? Американцы сразу передумают проводить то злосчастное ядерное испытание? Да как бы не так! Точно так же проведут - ведь будут уверены, что раз уж произвели столько взрывов и ничего не было, то не будет ничего и теперь. Ну ведь и впрямь - вероятность спровоцировать извержение ядерным взрывом кажется пренебрежимо малой! Ведь не сам же вулкан взрывали... И то же самое будет и в любой другой ситуации. Вероятность достичь чего-то значимого, радикально поменять ход истории, для 'попаданца' пренебрежимо мала. Пусть даже авторы чаще всего откровенно подыгрывают своему герою - подбирают именно такие условия, где человек с определенным набором знаний смог бы проявить себя в наибольшей степени. Только какова вероятность того, что все сложится именно так? Так что всерьез 'альтернативки' я не воспринимал. Но убить время в поезде - почему бы и нет?
- Книги читаете? - внезапно окликнула меня девушка-иранка.
- Ага. Фантастику...
- А про что?
- 'Альтернативка', - усмехнулся я. - Только не надо говорить, что несерьезный жанр... Я и сам знаю.
- А вот и не буду! - усмехнулась девушка. - Тоже, бывает, читаю, когда больше делать нечего. Хотя знаете... Для кого-то Долгая зима стала катастрофой. А для кого-то - возможностью начать новую жизнь... Так что я не имею права жаловаться на Долгую зиму. Для нашего народа она изменила мир к лучшему.
Как оказалось, девушку звали Карин - и она была из народа курдов... Родилась в городе Керманшахе в семье пролетариев. Отец работал механиком на нефтеперерабатывающем заводе, мать технологом на машиностроительном. В семье было четверо детей, большинство из которых закончили техникумы или политех и остались работать в своем городе. А вот Карин захотелось 'чего-то большего' - и она пошла учиться на биофак саратовского университета. Который и закончила с отличием и теперь скоро пойдет работать в НИИ 'Микроб'...
- Знаешь, - как-то очень быстро они перешли на 'ты', - Советская власть дала нам возможность быть собой... Жить так, как мы хотим. Верить в то, что нам по душе. И не бояться, что завтра нас убьют за 'неправильную' веру или 'неправильное' происхождение, - задумчиво произнесла девушка. - Так что Долгая зима дала нам возможность жить как люди, а не выживать...
- И ты веришь в Заратуштру?
- Я? Нет, конечно, - рассмеялась девушка. - Я атеистка... Но многие из нашего народа верят. У нас атеизм куда менее распространен, чем у вас. Да и среди атеистов... У вас ведь тоже многие не верят в бога, но пекут куличи и дарят их друг другу. Ведь это давно стало частью вашей культуры... У нас тоже много такого.
- Ну да, - даже улыбнулся я. - Слишком долго наши предки жили по религиозным обычаям...
Невольно вспомнилось про 'сближение религий', как нынче часто называли это явление последних десятилетий... Хотя, откровенно говоря, отношение к этому у разных людей было разное. Кто-то считал, что оно противоречит атеистической пропаганде. Некоторые, особенно из наиболее верующих, вообще презрительно фыркали, называя это 'неоязычеством'. Но большинство тех, кого я знал, относились нейтрально, воспринимая это как шаг к созданию 'единой культурной среды', про которую частенько говорили и писали в последние десятилетия как про необходимое условие для объединения человечества. И, по большей части, это 'неоязычество' действовало, ослабляя межконфессиональные конфликты... Особенно в тех же Средней Азии или Иране.
- Именно что! - согласилась девушка. - Слишком долго... И потому в один миг отринуть все в прошлое и всем стать атеистами не получится. Тем более, очень многим людям ведь легче верить, что существуют какие-то высшие силы, которые могут помочь им в жизни... Оно, можно сказать, дает им силы на преодоление трудностей.
- Самовнушение...
- Ага. Но ведь многим легче верить в чью-то помощь, чем надеяться только на самого себя.
- Вообще в какой-то мере я соглашусь на счет Долгой зимы, - заметил я. - В какой-то мере она помогла Советскому Союзу... Во-первых, тем, что нанесла капиталистическому миру такой удар, от которого он так и не смог никогда оправиться. А во-вторых... Она стала 'прививкой' от самоуверенности. Научила продумывать все на десять шагов вперед, бережно обращаться с ресурсами, не растрачивая их впустую. А еще заставила по-иному взглянуть на некоторые вопросы общественного устройства...
- И это верно, - согласилась Карин. - Так что... Кто знает, что было бы с Советским Союзом, не случись Долгой зимы?
Ну да, вопрос таки сложный... И хоть большинство людей были уверены, что было бы все гораздо лучше, но я считал это опасным заблуждением. Рассказывали мне дед с бабкой про то время... Хватало, увы, и в то время своих проблем! И они вполне могли бы аукнуться нам и без всякой Долгой зимы. Так что на смену одним проблемам пришли бы другие.
Поговорив еще немного о 'всяком разном' с Карин, я решил, что пора уж ложиться спать. Завтра утром поезд прибывает в Москву, а там уж сяду на самолет до Хабаровска... Никогда прежде не летал самолетом, но теперь вот, видно, доведется. Аж два раза! И если от первого раза, в принципе, можно было бы избавиться, потратив несколько дней на поездку поездом, то от второго не уйти никак. Железной дороги в Америку пока нет - хотя с год назад и опубликовали стратегический план развития железных дорог СССР, где появилась ветка в Северную Америку через Чукотку и Аляску... С указанием на то, что начало этого строительства запланировано на 2050-е годы.
Уснул я на удивление быстро - кажется, едва успев коснуться головой подушкой. А когда несколько часов спустя проснулся - в первый миг не поверил своим глазам! Ведь вместо новенького купейного вагончика со стеклопакетами в окнах и электрическими розетками на 220 вольт у каждого места взгляду предстал какой-то музейный раритет...
***Прода***
Глава 2.
'Что за хрень?' - такой была моя первая мысль при виде обстановки вагона... Ибо это и впрямь было какой-то хренью. Я что, в музей железных дорог попал что ли? Бронзовые ручки, деревянная обшивка, облицовка окон из красного дерева... Откуда это все взялось? Где такие привычные полки, где пластиковые элементы обшивки, где панели из слоистого пластика? Да и бронза... Дорого и нерационально! И давно не используется в отделке вагонов... Сталь, алюминиевые сплавы... Да и окно! Где стеклопакеты?
- Проснулись, господин? - спросил какой-то сидевший напротив мужчина. - Скоро уж в Петербург прибудем...
- Куда? - не понял в первый миг я.
- Ну так в Санкт-Петербург, - несколько даже удивленно произнес мужчина.
Я что, с ума схожу? Такой была моя первая мысль... Санкт-Петербург... Нет такого города! Года так с четырнадцатого. Прошлого века! Сначала его переименовали в Петроград, потом в Ленинград - и именно под таким названием он оставался до сих пор. И уж никому и в голову нынче не придет называть его иначе!
Подумав так, я пододвинулся поближе к окну и выглянул... Поезд ехал на удивление медленно - километров сорок в час. С частым перестуком колес - 'бесстыковым' путем здесь явно и не пахло. Можно было, конечно, подумать над тем, что так сделано для того, чтобы было удобнее эксплуатировать дорогу в условиях сильных перепадов температур, для лучшей термокомпенсации... Но один фиг не увязывалось оно с окружающей обстановкой... До и перестук колес был откровенно странным. Тут что, трехосный вагон? Серьезно? Никогда не видал такого 'чуда-юда' и даже не слыхал про их существование!
- Ну извольте вот взглянуть на нашу столицу, - продолжил тем временем вроде как попутчик. - Здесь, согласитесь, все вовсе не так, как в вашей Америке...
- Ну это понятно, - лишь буркнул я в ответ.
Ну это понятно, что в СаССР все сильно не так, как в центральных областях Союза... Даже допустим, что там еще есть в эксплуатации какие-то вагоны времен до Долгой зимы. Для пассажирских перевозок там используют вагоны, которые списывают с железных дорог остальной части СССР. Как и с локомотивами... 'Машки', ТЭ3, ТЭП-60, ранние ТЭП-70 и прочее старье. После капитального ремонта, разумеется, но все же. Но при чем тут какой-то Петербург? Тем более, что, судя по словам попутчика, я-то как раз не в Америке.
Но этот миг прозвучал звук, который я не ожидал услышать вообще никогда в жизни 'вживую'. Рев паровоза! Как в каком-нибудь старом фильме. В том, что это он, я почему-то поверил сразу. Хотя, казалось бы, такой бред! Во всем Советском Союзе не найдется нынче ни одного паровоза в рабочем состоянии... Лишь памятники да несколько музейных экспонатов на вечной стоянке в выставочном павильоне. А с железных дорог последние паровозы ушли еще в конце 80-х - прямиком в тогда еще работавшие мартеновские печи. Которые нынче стали такими же памятниками прошлому и в большинстве своем разобраны и заменены электросталеплавильными печами или объектами индустриального туризма.
Но тут за окном замелькали какие-то домики - судя по всему, начинались окраины того самого Петербурга. И я решил на время отложить в сторону мысли о странном вагоне и паровозе и переключил внимание на пассажиров. Которые выглядели тоже как-то 'по-старорежимному'... Как в каком-нибудь фильме про революционеров. Напротив сидел мужчина лет сорока в пиджаке и черных брюках, с пышными усами на лице и шляпой на голове. Прям какой-нибудь 'старорежимный' фабрикант! И это впечатление усиливало то 'снисходительное' выражение лица, с которым он смотрел на меня. Словно беззвучно говоря - 'ты мне не ровня, что ты тут вообще делаешь?' Хотя внешне старался придерживаться приличий...
Правее этого 'господина' сидела какая-то расфуфыренная дамочка... Тоже явно не из 'простых смертных', на что указывало холодно-отстраненное изображение лица. Словно тем, что едет в этом вагоне, она делает кому-то одолжение. Одета в платье со стягивающим корсетом и узкими рукавами и пышную юбку. На голове - шляпка с цветами... Лицо же... Наверное, его даже можно было бы назвать красивым. Если бы не явно чувствующееся пренебрежение к окружающим. Ну и, наконец, мой сосед по сиденью. Какой-то старик в 'старорежимной' же военной форме с золотыми погонами - которые, впрочем, давали мне мало пользы. В званиях царских офицеров я все равно не разбирался.
В остальном же... Вагон, к некоторому моему удивлению, был 'сидячим'. Никаких спальных полок предусмотрено не было - спать можно было лишь полулежа, откинувшись на спинку 'дивана'. Правда, сейчас вагон явно был полупустым, что несколько добавляло комфорта имевшимся пассажирам...
- Ну вот и столица-с, - важно произнес сидевший напротив 'буржуй'. - Скоро и Николаевский вокзал будет-с...
И на этот раз я предпочел промолчать. Тем более, что за окном уже стали мелькать городские пейзажи. И пейзажи эти были откровенно архаичными! Словно я оказался где-то далеко в прошлом. Прямо как те 'попаданцы' в прошлое из фантастики, что желали 'отменить' Долгую зиму. И потому я предпочел побольше молчать и наблюдать за происходящим вокруг. Собрать информацию и лишь потом думать, где же оказался и что с этим дальше делать. Эх, никогда не бывал в Ленинграде... А потому сравнить то, что видно было за окном, с привычной реальностью было невозможно.
Но вот через какое-то время, явно не слишком большое, поезд начинает тормозить... И мои попутчики начинают собирать вещи. А вскоре по вагону проходит проводник в старинной железнодорожной форме и сообщил о том, что мы прибываем в Петербург. Как все в тех же фильмах про дореволюционные времена... Что ж, собираться - так собираться! Только где тут мои вещи? Ну попробую сориентироваться по другим людям... Вон они встают и берут чемоданчики с саквояжами с сеток над сиденьями - аналоге багажных полок. Встав со своего места, я взглянул наверх - и обнаружил там небольшой чемоданчик. Мой или нет? Но никто другой не берет... Значит, будем считать, что мой. И, взяв чемоданчик, я стал пробираться к выходу из вагона...
Вокзал, где я оказался, выглядел привычно и непривычно одновременно... Казалось бы, внешнее сходство на лицо с тем, что видел на фотографиях. Вот только были и отличия - хотя, не зная этого места, я понял их лишь значительно позже. Не было нового корпуса, строительство которого начали еще до Долгой зимы, а закончили лишь в 80-х. Причем, по значительно переработанному проекту. Читал когда-то про это статью в Сети, хотя тогда и не придал этому особого значения... Так что, оказавшись на перроне, лишь мельком оглядел светло-коричневый вагон второго класса, на котором довелось ехать, и двинулся следом за другими пассажирами к выходу с вокзала... Что ж... В том, что я - 'попаданец', не оставалось никаких сомнений. Осталось разобраться лишь с двумя вопросами - 'в когда' и как тут выжить. И, как бы мне того не хотелось, но это далеко даже не 1960-е... Так что бежать в госбезопасность предупреждать об извержении Лонг-Вэлли и Долгой зиме смысла явно нету. Тем более, что еще неизвестно, есть ли у меня какие доказательства своего иновременного происхождения. И, кстати... Пора бы уж глянуть на содержимое чемоданчика. Только где, чтобы не привлекать к себе внимания?
Площадь Восстания... Так называлось то место, где я оказался, в нашем мире. Только сильно похоже на то, что революции тут еще не было - а, значит, ни о каком восстании не может идти и речь. Но как называлась площадь до Советской власти - я не имел ни малейшего понятия. Впрочем, выглядела она столь чужеродно, что не будь вокзала - не узнал бы... Булыжная мостовая вместо асфальта. Вместо трамвайной линии - конка, вагончик которой подкатил к вокзалу буквально у меня перед носом. На месте сквера с памятником героям Долгой зимы - пустота! Не было еще даже 'Пугала' - памятника царю Александру под номером 'три'. Эх, узнать бы еще, куда теперь идти...
Все же решив начать с осмотра своего багажа, я отошел в сторону вокзала и открыл чемоданчик - после чего с немалым удивлением понял, что содержимое его примерно соответствовало тому, что было у меня в мое время. Точнее... Как такое может быть?! Здесь было все то, что было в собранном мной в том мире рюкзачке, что я брал с собой в вагон - включая переносную ЭВМ. Только на самом верху вместо паспорта гражданина СССР лежала странная бумажка. Развернув которую, я с удивлением уставился на английский текст... Паспорт гражданина США? Алекс Калинин? Что, серьезно - я 'американец'? Несмотря на то, что ситуация вокруг была откровенное дерьмо, я чуть не рассмеялся... Это я что ж, из эмигрантов из России что ли? Вот уж не гадал, не думал... Впрочем, быстро пришел к выводу о том, что оно мне даже на руку. С одной стороны, станет объяснением незнания местных реалий. А с другой... Стоит учитывать, что в царские времена российские власти относились к иностранцам с куда большим уважением, чем к собственным гражданам. По отношению к своим можно было творить произвол без зазрения совести, а вот к иностранцам... Никак нельзя! Дипломатический скандал ведь будет! А к этому у царских властей отношение особое было... Им-то хотелось выглядеть 'европейской страной', чтобы их считали 'своими'.
И неважно, какой ценой это все будет достигаться. Жертвовать интересами собственного народа ради дружбы с иностранцами - да как нефиг делать! Впрочем, а что еще ожидать от тех, кто нередко по-русски говорить начинал позже, чем на французском или каком ином иностранном языке и откровенно презирал 'чернь', под которой подразумевались простые русские трудяги? К ХХ веку в стране просто-напросто сложились две принципиально разных культуры, мирное сосуществование которых было неизбежно вне зависимости от политического строя - 'европеизированная' элита стала откровенно чужда основной массе населения.
С этими мыслями я и убрал документы, переключив внимание на остальное содержание сумки. Небольшая аптечка с лекарствами на, так сказать, всякий случай. Пистолет 'Макаров М2' - ну да, я же в Североамериканскую ССР собирался. Странная ирония судьбы! 'Мыльно-рыльные' принадлежности, включая заводную бритву. Немало удивившая меня пачка долларов. И переносная ЭВМ с блоком питания - все как положено... Отчего невольно выругался. Ну и какому уроду понадобилось закинуть меня в это 'непонятно когда'? Ведь, учитывая содержимое чемоданчика, о случайном переносе явно не стоило и говорить. Да и попутчики не заметили никаких странностей - значит, ни о каком внезапном появлении не было и речи!
Уложив все вещи обратно в чемоданчик, я решил, что первым делом надо решить два вопроса. Во-первых, добраться до какого-никакого рынка и прикупить самое необходимое на первое время. А во-вторых - найти, где можно было бы остановиться. Хотя бы на несколько дней. И с этой мыслью я двинулся к сидящему со скучающим видом на телеге извозчику, пытаясь вспомнить про правила общения в то время - хотя оно не больно-то и вспоминалось. Так что решил действовать проще:
- Извозчик! - подойдя поближе, обратился я. - Знаешь поблизости недорогую гостиницу? Да, хотелось бы, чтобы недалече от рынка какого...
- Отчего ж нет? - оглядев меня и явно отнеся к 'непростой' публике, ответил мужичок. - За целковый живо доставим! Аккурат возле Сенной площади-то и будет.
- Тогда поехали, - проверив карманы брюк и найдя там несколько монет, ответил я.
О том, что 'таксист' решил малость 'нагреть' несведующего в местных порядках - я почему-то даже и не сомневался. А еще сильно подозревал, что сейчас он повезет меня не напрямик, а каким-нибудь окружным маршрутом, дабы обосновать такую, явно недешевую, цену поездки. Прямо как в том анекдоте про поездку на такси от Ленинградского до Казанского вокзала мимо Кремля. Но в тот момент мне было наплевать. Сам я один фиг не знал, куда идти - хотя, вполне возможно, оно было и недалеко. Но вот уж мы неспешно двинулись по Невскому проспекту... К некоторому моему удивлению, движение на улице было очень даже оживленным. Хотя ехали, конечно, не на автомобилях, а на конных повозках... Вон едет телега, на которой везут какие-то мешки. А вон - явно недешевая повозка какого-нибудь купца или богатея... Крытая, с застекленными дверьми. Хотя и без особых украшательств - так что вряд ли кто-нибудь из знати катается. Для тех в большинстве случаев понты на первом месте.
Но вот мы повернули на какую-то второстепенную улицу - и сразу стало куда свободнее... Хотя и тут мы были не одни, но уже не чувствовалось такого оживленного движения. И я переключился на наблюдение за окружающим, пытаясь запомнить дорогу. Но вскоре мы еще раз повернули, а потом еще и еще... Но вот, наконец, мы и подъезжаем к зданию с достаточно неприметной вывеской, где 'водитель кобыли' и останавливается.
- Приехали, господин! - комментирует мужичок. - Вот вам гостиница! А вот там аккурат за углом и Сенная площадь...