4. * (trashina.galina@yandex.ru) 2011/01/28 10:04
[ответить]
как будто немного стесняясь такого сентиментального, бессмысленного поступка.
Наверно это и есть поступок ради других, а не ради собственного Эго.
3. * (nick1159@hotmail.com) 2008/07/24 09:00
[ответить]
Здравствуйте, дорогой Александр!
С большим опозданием поздравляю Вас с днем рождения!
Живите долго и счастливо, как и положено мудрому человеку.
С поклоном,
Нико
2. (haidenhaimer@mail.ru) 2007/09/03 05:30
[ответить]
>>1.Зор И.К.
>Я читал "Иудейскую войну очень давно". О ком Вы?
Здравствуйте, Зор. :-)
>"...Еще знаменательнее следующий факт. Некто Иешуа, сын Анана, простой человек из деревни, за четыре года до войны, когда в городе царили глубокий мир и полное благоденствие, прибыл туда к тому празднику, когда по обычаю все иудеи строят для чествования Бога кущи, и близ храма вдруг начал провозглашать: 'Голос с востока, голос с запада, голос с четырех ветров, голос, вопиющий над Иерусалимом и храмом, голос, вопиющий над женихами и невестами, голос, вопиющий над всем народом!' Денно и нощно он восклицал то же самое, бегая по всем улицам города. Некоторые знатные граждане в досаде на этот зловещий клич схватили его и наказали ударами очень жестоко. Но не говоря ничего в свое оправдание, ни в особенности против своих истязателей, он все продолжал повторять свои прежние слова. Представители народа думали - как это было и в действительности, - что этим человеком руководит какая-то высшая сила, и привели его к римскому прокуратору, но и там, будучи истерзан плетьми до костей, он не проронил ни просьбы о пощаде, ни слезы, а самым жалобным голосом твердил только после каждого удара: 'О горе тебе, Иерусалим!' Когда Альбин - так назывался прокуратор - допрашивал его: 'Кто он такой, откуда и почему он так вопиет', он и на это не давал никакого ответа и продолжал попрежнему накликать горе на город. Альбин, полагая, что этот человек одержим особой манией, отпустил его. В течение всего времени до наступления войны он не имел связи ни с кем из жителей города: никто не видел, чтобы он с кем-нибудь обмолвился словом, день-деньской он все оплакивал и твердил, как молитву: 'Горе, горе тебе, Иерусалим!'. Никогда он не проклинал того, который его бил (что случалось каждый день), равно как и не благодарил, если кто его накормил. Ни для кого он не имел иного ответа, кроме упомянутого зловещего предсказания. Особенно раздавался его голос в праздники и, хотя он это повторял семь лет и пять месяцев, его голос всетаки не охрип и не ослабевал. Наконец во время осады, когда он мог видеть глазами, что его пророчество сбывается, обходя по обыкновению стену с пронзительным криком 'горе городу, народу и храму', он прибавил в конце: 'Горе также и мне!' В эту минуту его ударил камень, брошенный метательной машиной, и замертво повалил его на землю. Среди этого горестного восклицания он испустил дух..."
"Иудейская война", книга шестая, глава пятая.
1. Зор И.К.2007/09/02 22:12
[ответить]
Александр,
Я читал "Иудейскую войну очень давно". О ком Вы?
P.S. Странно, что мало кто знает, что "Иудейская война" - одна из первых трех книг, напечатанных в типографии Ивана Федорова.